eRebus

национал-социализм

Ядовитые доктрины.

Уильям Пирс

00-pierce

ДАВАЙТЕ сегодня начнем разговор с индивидуализма и индивидуалистов. Я вкладываю в эти слова особый смысл. Употребляя в этой радиопередаче слово «индивидуалист», я имею в виду человека, который в своем взгляде на мир, формировании представлений и принятии решений привычно игнорирует или недооценивает собственную групповую принадлежность; а также исключает из рассмотрения групповую принадлежность при оценке других людей, фокусируя внимание исключительно на конкретном индивиде.

Термином «индивидуалист» я также буду обозначать человека, который возводит свой индивидуализм в идеологию. В этом смысле индивидуалист – это тот, кто считает, что игнорировать групповую принадлежность – правильно, нравственно и разумно, и напротив, брать ее в расчет – дурно, непатриотично и безнравственно. Но обойти групповую принадлежность на самом деле невозможно, и потому идейный индивидуалист делит человечество на следующие две группы: индивидуалистов, то есть хороших людей вроде него самого, и «коллективистов», дурных людей, которые сродни коммунистам, – вроде меня.

Мы прежде уже обсуждали идеологию индивидуализма и сегодня сосредоточимся на отдельных его проявлениях. Сначала я расскажу, что меня побудило выбрать такую тему для беседы. Две недели назад я нелестно отозвался об адвокатах, судьях и нашей судебной системе в целом, и в ответ получил пару исполненных негодования писем от юристов, которые утверждают, что отрицательная характеристика, данная мною им, юристам, и несправедлива, и неточна. Индивидуалист скажет, что я свалил всех в одну кучу. Вот если я скажу, что мошенниками являются отдельные юристы, тогда индивидуалист со мной согласится. Однако суть сказанного мной две недели назад заключается не в том, что среди наших юристов встречаются мошенники, а в том, что у нас продажная судебная система. Система принятия и толкования законов, созданная и обслуживаемая юристами, – продажна.

01-judges

Но из того, что каждый юрист в некотором смысле составляет часть этой системы, не следует, что каждый юрист продажен. Отдельные юристы, будучи частью системы, борются с этой системой. В той передаче я не упомянул об этом потому, что хотел просто и четко донести до вас основную мысль. Я не хотел уточнениями и оговорками отвлекать слушателя от сути высказывания. Я стремился к тому, чтобы важная идея произвела на моих слушателей самое сильное впечатление. Так что я намеренно свалил всех в одну кучу.

Вот вам еще один пример того, как люди, смотрящие на мир с индивидуалистской точки зрения, неверно толкуют мои слова. Я часто критикую христианские конфессии, их раболепное пособничество евреям, одобрение ими расового смешения и других гибельных для Расы идеологем. И те христиане, что разделяют мои убеждения относительно еврейства и расы, оскорбляются моими высказываниями о роли, которую христианство в целом играет в современном обществе. Они протестуют: «Послушайте! Вы меня оскорбляете. Не все христиане одобряют расовое смешение и пособничают евреям». И я их, конечно, понимаю. Я знаю, что среди христиан есть много достойных людей, которые не подыгрывают евреям, но я-то говорю о роли, которую играют в нашем обществе христианство и его конфессии как целое, а эта роль сегодня – разрушительная.

Еще один пример: я часто говорю о феминизации нашего общества и феминизации наших юношей, ясно давая понять, что не одобряю этого. Некоторые женщины принимают сказанное мной на свой счет и оскорбляются. В одной радиопередаче я употребил выражение «студентки колледжа обоих полов», чем обидел нескольких своих слушательниц и вызвал поток возмущенных писем. Они истолковали мои слова в том смысле, что студентки колледжей столь же никчемны, сколь и феминизированные юноши-студенты. В другой раз я заявил, что наделение женщин правом голоса было ужасной ошибкой, и вновь разгневанные женщины в своих письмах взялись убеждать меня, что лично они голосуют гораздо ответственнее, чем многие знакомые им мужчины. Охотно в это верю, но я-то вел речь о последствиях женского права голоса в целом, а эти последствия наносят нашему обществу огромный вред.

Да, как правило, женщины принимают всё на свой счет, поэтому я персонально объясняю своим возмущенным слушательницам, что отношусь к ним с должным почтением, ценю, уважаю и люблю их – но при этом сознаю, что, несмотря на целый ряд достоинств, которыми они отличаются от других женщин, все они тем не менее в корне отличны от мужчин.

Однако, когда возмущаются мужчины – юристы или христиане – я понимаю, что они рассуждают с ошибочной позиции индивидуалистов. Мужчина не должен смотреть на мир с точки зрения индивидуалиста. Он должен понимать, что судить о других людях на основании их групповой принадлежности не только естественно и уместно, но и необходимо. Людям присущи не только индивидуальные, но и коллективные характеристики, и обходить последние вниманием из страха получить ярлык расиста, сексиста, антисемита или гомофоба – это величайшая глупость. На войне мы не рассматриваем вражеских солдат как индивидов. Мы не прекращаем огонь из-за того, что идущий на нас в атаку с винтовкой в руках парень во вражеском обмундировании, возможно, предпочел бы по идейным соображениям уклониться от службы в боевых частях. Если на солдате вражеская униформа, мы в него стреляем.

Мы отлично понимаем, что не все черные – грабители, групповые или зараженные ВИЧ насильники и вооруженные бандиты, как сознаем, что не каждый еврей хищник, который стремится высосать из нашей расы все соки и затем уничтожить ее.

Черный может быть преступником или живущим на пособие бродягой, а может быть честным и трудолюбивым человеком, но в любом случае передо мной черный, и я знаю, как его раса обходится с моей расой в целом. Даже если отдельный черный, с которым я веду дела, – дружелюбный, умный и нравственный человек, с моей стороны было бы глупо ожидать, что он станет помогать мне положить конец тому, что его раса творит с моей расой и моей цивилизацией в целом.

Порой мне приходится иметь дела с евреями, причем гораздо чаще, чем с черными в силу того, что еврейство присвоило себе столь значительное число властных, влиятельных постов в нашем обществе. И я способен видеть различия между отдельными евреями. Многие из евреев, с которыми я имею дело, коварны и лживы, но, полагаю, есть среди них и откровенные, искренние люди. Однако при этом я всегда помню, что еврейство как целое творило и творит с моей расой как целым.

Мы должны понять, что идет всепланетная расовая война, и выживание нашей расы зависит от того, выиграем ли мы эту войну. Нам не видать победы, если мы станем терять время, выясняя, кто из черных нам дружествен, а кто враждебен. Нам не видать победы, если из страха замарать нейтральное еврейство необоснованным подозрением мы станем умалчивать о том, что делают с нашим народом еврейские медиабоссы и могущественные еврейские организации. Мы должны разобраться с ними как с целым, ведь когда наступит переломный миг, они, без всякого сомнения, поступят с нами именно так.

Строго говоря, они уже именно так с нами и поступают. Когда пару недель назад в Сиэтле черные банды бесчинствовали в толпе гуляющих на Марди Гра, жестоко избивая белых людей, они не стремились выяснить, кто из этих белых расист, а кто либерал, всецело поддерживающий расовое разнообразие и расовое смешение. Их клич был «Валите белых! Пора надрать их белые задницы!», и они нападали на любого подвернувшегося под руку белого.

Национальные СМИ успешно скрыли от большей части народа беспорядки на расовой почве в Сиэтле, и по этому поводу я хочу поделиться с вами еще кое-какими соображениями. Во-первых, мне удалось подробнее узнать о том, что произошло в тот вечер. Бесчинствующие черные банды не только избивали и грабили белых мужчин и женщин, но и в ряде случаев подвергали их сексуальному насилию. Подконтрольные СМИ постарались скрыть эти факты еще тщательнее, чем избиения и грабежи, но они выплывают наружу – по крайней мере, в Сиэтле.

Почти то же самое произошло в прошлом году в Центральном парке Нью-Йорка, когда банда черных и пуэрториканцев нападала на гуляющих по парку женщин: с них срывали одежду, хватали за грудь, запускали им во влагалище пальцы и иными способами унижали и издевались над ними. И в Нью-Йорке, и в Сиэтле бесчинства носили отчетливый расовый характер, причем в ряде случаев наряду с черными мужчинами в сексуальном надругательстве над белыми женщинами участвовали черные женщины; те же черные банды, что издевались над белыми женщинами, жестоко избивали белых обоих полов. Произошедшее в Центральном парке попало в выпуски новостей – полагаю, главным образом потому, что среди пострадавших оказалось несколько крикливых еврейских феминисток. Бесчинства в Сиэтле попытались замолчать. Но кое-что все же просочилось в СМИ. Прочитаю вам лишь одну строку из газеты «Сиэтл Пост-Интеллидженсер» от 12 марта, где речь идет только об одной из женщин, издевательства над которой репортер сумел снять на пленку: «В какое-то время ее тело хватали 19 рук, принадлежавших черным, азиатам и латиноамериканцам».

Теперь я хочу подробнее поговорить с вами на тему, которую затронул в начале нашей передачи на прошлой неделе, а именно: о том, как на Марди Гра в Сиэтле перед беспорядками и во время оных вели себя белые люди. Начну с того, что все происходило не так, как это подают нам местные СМИ и полиция Сиэтла, которые утверждают, что драку учинили хулиганы обеих рас. Белые не нападали на черных. Нападали исключительно черные. У меня была возможность просмотреть видеозапись беспорядков, на которой отчетливо видно, что нападения на почве расовой ненависти были односторонними.

Кроме того, из этой записи, к сожалению, явствует, что многие белые вели себя подобно черным и что практически все белые вели себя как лемминги. Сначала о тех белых, что вели себя как черные: их обычно по очевидной причине называют «белыми ниггерами». В толпе было множество молодых белых мужчин в бейсбольных кепках, надетых козырьком назад, и мешковатых брюках – отличительной экипировке белого ниггера. Наше тяжелобольное и развращенное общество лишило эти жалкие создания всякого чувства расовой принадлежности и расового единства. Причем лишило намеренно, со злым умыслом.

04-wiggers

Еврейские СМИ – а также школа – играют особенно неприглядную роль в этом разрушительном, убийственном для нас процессе. Всё, что в былые здравые времена наделяло нашу молодежь чувством коллективной расовой самобытности и расовой гордости, было вымарано из школьных программ. Преподавание истории и литературы превратилось в фарс. Евреи, феминистки и поборники всеобщего равенства выпотрошили из школьных дисциплин всю их белую расовую составляющую. Идеологи мультикультурности считают, что это чудесно, поскольку готовит наших детей к роли граждан мира при Новом Мировом Порядке с его мультикультурностью, толерантностью и расовым многообразием. Для мультикультуралистов все это священно. Но это вполне устраивает и республиканцев-консерваторов, которые превратили индивидуализм в идеологию: по крайней мере, это не коллективизм и не расизм.

Но ведь ощущать коллективную самобытность, знать, кто мы есть и к какой группе принадлежим – все это совершенно естественно. Чувство коллективной принадлежности сделало возможной нашу эволюцию. Благодаря ему мы выживали в прежние времена. Поэтому, когда школы и СМИ отнимают у детей-леммингов это ощущение коллективной самобытности, те начинают искать ему замену. И такую замену школа и особенно еврейские СМИ для них уже приготовили. Детям подсовывают MTV Самнера Редстоуна. Им подсовывают «Курс черной истории», где внушают, что все значительные деятели, начиная с древнеегипетских фараонов и заканчивая изобретателями вертолета и телевизора, были черными. СМИ льют им в уши славословия о величии черных баскетболистов и других черных звезд спорта. СМИ нескончаемо рекламируют черную музыку. А еще им дают понять, что за ношение на рубашке нашивки с флагом Конфедерации они будут исключены из школы. Между тем щеголять в футболке с портретом Малкольма Икс, черного героя, который писал о том, как сильно ему хочется убивать белых, – не возбраняется. Вот как появляются белые ниггеры, которые подражают черным своими манерой одеваться, манерой речи, музыкальным вкусом и поведением. Вот почему на записи беспорядков в Сиэтле мы видим белых, которых не отличить от черных: они бьют витрины, уродуют автомобили, порой дерутся с нормальными белыми, лапают девушек и вообще ведут себя по-скотски.

Теперь поговорим об остальных белых, которые считаются более-менее нормальными. В их поведении выделяются две особенности. Во-первых, они не ожидали, что черные начнут бесчинствовать; они совершенно растерялись, когда черные напали на них. И, во-вторых, они не сопротивлялись. Кроме двадцатилетнего Криса Кайма, который был убит черными за то, что повел себя как подобает мужчине, они даже не попытались защитить своих женщин. Они просто стояли и глазели на происходящее. Лично меня эти два признака тревожат гораздо больше, чем то, что вытворяли черные.

Так почему же более-менее нормальные белые растерялись, когда черные начали вести себя как черные? Почему такое поведение стало для них неожиданностью? Разве мы, американцы, плохо знакомы с выходками черных?

Ответ прост: нормальные белые – это такие же лемминги, как и белые ниггеры. Различие лишь в том, что белые ниггеры выражают это более дегенеративным способом. Белые ниггеры – это обычно лемминги с низкоразвитым интеллектом, более впечатлительные лемминги из низов общества.

Но обычных леммингов, большинству которых нет и тридцати лет, идеологически обрабатывают с самого детства, – как, кстати, и белых ниггеров: еврейские СМИ, школа, правительство и христианская церковь внушают им, что черные такие же, как белые, разве что немного темнее. Большинство молодых американцев этому верят, и приходят в недоумение всякий раз, когда действительность противоречит их убеждению. Ежедневно я получаю письма от возмущенных молодых леммингов, которые послушали одну из моих передач или зашли на мой вебсайт. И вот они начинают причитать:

«Как же вы не поймете, что мы все одинаковы? Разве вам не ясно, что единственное различие между нами и черными – это цвет кожи? Разве вы не знаете, что есть лишь одна раса – человеческая? Это доказано учеными!»

Они все твердят примерно одно и то же. Эту ложь крепко вбили в их головы, и они заученно повторяют ее мне. Кстати, часть этих леммингов – довольно смышленые, образованные люди. Они действительно верят, будто ученые доказали, что различий между черными и белыми нет. С сожалением должен признать, что ряд ученых поспособствовали этому ложному убеждению либо потому, что они сами лемминги и желают показать свою политкорректность, либо надеются таким образом заслужить очередную правительственную субсидию на исследования. Например, средства информации распространили заявления отдельных ученых из проекта «Геном человека» о том, что расшифровка человеческого генома подтверждает незначительность межрасовых различий. Лишь доли процента, по их словам, отличают геномы белых и черных. Геномы разных рас имеют гораздо больше сходства, нежели различий.

Однако они забывают сказать, что также лишь доли процента отличают геном белого человека от генома шимпанзе.

05-apes

Более того, различие между геномами всех видов млекопитающих вообще колеблется в пределах лишь нескольких процентов. Большая часть генома млекопитающих , принадлежит ли он белому человеку, крысе, негру или собаке – содержит инструкции для синтеза волос, кожи, ногтей, костной ткани, молока, зубов, нервной ткани и так далее. Геном млекопитающих почти целиком состоит из таких инструкций, которые у всех животных практически одинаковы. И лишь крошечная доля этой совокупности генов у каждого вида отличается от других. Но эта крошечная доля, определяющая, кто именно получится из этих волос, кожи, костей и других тканей: белый ли человек или крыса, или негр, или собака – имеет большую важность. Какими бы малыми ни казались различия по сравнению со схожестью, – они чрезвычайно важны. Но, конечно, не для леммингов, которые никак не могут этого понять.

То, что белые женщины обнажают грудь в присутствии черных мужчин, показывает, до какой степени леммингами являются нормальные белые. Действительно, даже в христианские времена, когда праздник Марди Гра имел гораздо большее значение, чем сегодня, веселье уже отличалось духом половой свободы. Но если женщина обнажала грудь на деревенском празднике Марди Гра, скажем, 200-300 лет назад, это происходило только в присутствии белых, только в присутствии членов ее племени, ее собственной расовой семьи, и у нее были все основания полагать, что такое ее поведение не будет чревато сексуальным насилием. Однако обнажаться в присутствии цветных – это совершенно другое дело. Но леммингов идеологически обработали так, что они не понимают этой разницы. Поэтому они были просто поражены, когда черные в толпе начали вести себя так, как свойственно черным.

Белые в Сиэтле стали легкой добычей черных не только из-за впитанной ими лжи, будто мы все одинаковы и между нами и черными нет существенных различий. Это также случилось из-за гнусной доктрины идеологов-индивидуалистов, утверждающей, что судить о людях по их групповой принадлежности – безнравственно; из-за гибельной для нашей расы доктрины, гласящей, что давать черным хулиганам отпор как группе – безнравственно. Индивидуалисты проповедуют, что внимание следует обращать лишь на преступления индивидов против индивидов, а на групповые преступления черных против белых надо закрывать глаза. Индивидуалисты проповедуют, что даже упоминать о коллективных преступлениях черных против белых как группы – на празднике ли Марди Гра, или в школах, или где бы то ни было – это уже аморально, это расизм. Аморально упоминать о том, как коллективное присутствие черных в нашем обществе влияет на него, влияет на нашу цивилизацию. Мы должны оценивать каждого черного строго индивидуально; и когда мы видим коллективное насилие черных в отношении наших белых братьев, как это было в Сиэтле, мы не должны собирать отряды белого ополчения и начинать раскалывать черные черепа.

Либеральные доктрины – идея равенства и индивидуализм – это ядовитые, смертельные для расы доктрины. Кроме того, белая молодежь мужского пола сегодня в целом очень мягкотела, феминизирована. И есть белые ниггеры, которые размывают грань между белыми и черными. В общем и целом, как раса мы сегодня пребываем в весьма плачевном состоянии. Это очень опасно, и мы должны с этим что-то делать. Свяжитесь со мной, и я расскажу вам, что мы с вами можем сделать вместе.

Источник: Poisonous Doctrines by William Pierce, радиопередача 14 апреля 2001

Реклама

Добавить комментарий:

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: