eRebus

национал-социализм

Миф о связи Гитлера и международного капитала.

Отличная статья от Inconvenient History, раскрывающая всю ложь Саттона, Хайека и доморощенных сталинистов-«антисемитов» о Гитлере-марионетке, спонсируемом Уолл-Стритом. Ниже все ответы на вопросы о Ялмаре Шахте, Генри Форде, Тиссене, и многих других ключевых фигурах в этом непростом вопросе.

Опубликовано с незначительными сокращениями.

The Myth of the Big Business-Nazi Axis by K.R. Bolton

перевод: http://reich-erwacht.livejournal.com/

источник: http://gallago-75.livejournal.com/

Шахт и ГитлерАдольф Гитлер дискутирует с министром Рейха по экономике и главой Рейхсбанка доктором Ялмаром Шахтом, 1936 год.

Одно из основных утверждений левых — то, что фашизм и нацизм были послушными орудиями капитализма.[1]. В последние десятилетия были предприняты серьезные попытки понимания фашизма как доктрины. Среди них такие личности как Роджер Гриффин,[2] Роджер Итвелл, [3] и особенно Зеев Штернхелл.[4] Последний, в частности, показывает, что фашизм произошел и от правых и от левых , а также от франкоязычных марксистов, желающих преодолеть все те несоответствия марксизма которые были выявлены в ходе его практического воплощения. (одна из приближенных к Муссолини былп еврейкой — прим. reich_erwacht)

Среди Национал-социалистов в Германии оппозиция международному капиталу фигурировала с самого начала. Национал — социалисты, даже до образования своей партии, находясь в немецкой Рабочей партии, видели капитал антинациональным. Самая ранняя программа от 1919 года, указывала, что они боролись “против ростовщичества … против всех тех, кто получает прибыль без любой умственной или физической работы”, «трутни», которые “управляют нами своими деньгами”. Известно, что даже тогда национал-социалисты не отстаивали «национализацию» отраслей, но требовали участия в распределении прибыли среди всех классов, кроме «трутней».[5] Консерватор Освальд Шпенглер указывал, что марксизм не боролся с капиталом, а просто конфисковывал его. Следовательно, суть Левых оставалась капиталистической.[6] Подчинение денег государственной политике была понятной в Германии даже среди бизнес-элиты и широких масс бедноты; этот взгляд очень отличался от понимания среди англоязычного мира, где экономика доминирует над государственной политикой.

Гитлер продолжал традицию немецкой экономической школы, которую немецкая Рабочая партия Антона Дрекслера и Карла Харрера уже вела начиная с ее основания в 1919 году. Гитлер написал в 1924 году в Mein Kampf, что государство гарантирует, что “капитал останется подвластным государству и не будет доминировать над национальными интересами. Таким образом, капитал необходим для выполнения двух задач:с одной стороны, чтобы обеспечивать жизненно важную и независимую систему национальной экономики и, с другой, сохранять и развивать социальные права работников”. Гитлер теперь осознал различие между производственным капиталом и спекулятивным капиталом благодаря Федеру, побывав у него на лекции.[7], Лекция «О сломе кабалы процентов» утверждает: [8] «Необыкновенную важность для будущего немцев» имело то, что “отделение капитала от фондовых бирж позволит выступить против процесса интернационализации немецкого бизнеса, одновременно не осуществляя нападок на капитал … как таковой” [9]. Лемон Эверертт, очевидно либертарианец, цитируя этот отрывок из «Майн Кампф», утверждает, что Гитлер ненавидел капитализм, как национальный так и международный. Как сказано выше, Гитлер видел различия между созидательным и спекулятивным капиталом, также как и немецкая Рабочая партия, и до того как он стал ее членом.

Национальная экономика нацистов была наследием немецкой школы экономики, основанной Фридрихом Листом в 19-м веке, цель которой была стать национальной автаркией, в отличие от английской школы с международной свободной торговлей.[10] Лист заявил: “Я указал бы, как различающую особенность моей идеи НАЦИОНАЛЬНОСТЬ. По природе национальности, как промежуточному этапу между индивидуализмом и всем человечеством, базируется моя идея».[11]

Поскольку режим Гитлера не смог полностью выполнить программу НСДАП, а также потому что Федеру отвели скромную роль заместителя министра в министерстве экономики, существует широко распространенное предположение, что гитлеровский режим был инструментом международного капитала. Марксистская интерпретация Третьего Рейха как инструмента монополистического капитала была принята и адаптирована их коллегами, либертарианцами, которым особенно помогает в этом книга стэнфордского специалиста доктора Энтони Саттона. Саттон завершил свою книгу «Уолл-стрит и большевистская Революция», описав детально деловые отношения между США и большевистским режимом, а также «Уолл-стрит и возвышение Гитлера».[13] Много либертарианцев приветствуют вторую книгу как показывающую то, что Гитлер был таким же «социалистом», как и большевики, и что у обоих была поддержка большого бизнеса, который стремится к «коллективистскому» государству. Лемонс, например, утверждает, что антикапитализм Гитлера был итогом внедрением идей из коммунистического манифеста Маркса, таким образом доказывая свое незнание немецких экономических теорий [14], к тому же утверждая о“коммунистическом стиле экономики Гитлера” [15]

Генри Форд – самый ранний спонсор нацистской партии?

Если и был богатый американец, который финансировал бы Гитлера, то это был бы Генри Форд, поэтому встречаются утверждения, что Гитлер получал через него финансовую поддержку от богатых элит. Но Форд не был частью финансовой элиты. Он был тем предпринимателем, который бросил вызов Уолл-стриту. Он поддержал Гитлера, потому что он был бы примером разделения между «промышленным капиталом» и «финансовым капиталом», который Форд признавал и ранее, на что Гитлер и сослался в «Майн Кампф». Форд не только создал газету Dearborn Independent, но и выпустил брошюру под названием «Международный еврей», которая была переведена на немецкий язык. Давление евреев с Уолл-стрит на Ford Motor Company было таким сильным, что Форд утверждал в своей газете[16], что его компания никогда не финансировала гитлеровцев, несмотря на несколько их прямых, личных призывов о помощи на основе “международной солидарности” против еврейского влияния.

Саттон выполнил отличную работу, отслеживания прямые и косвенные связи между Уолл-стритом и большевиками. Однако, в своем рвении подвести под общий знаменатель «социализма» национал-социалистов и большевиков, поддерживаемых Уолл-стритом, [17] Саттон, хватался за соломинку в попытке показать связь между плутократами и нацистами. Саттон повторяет миф о поддержке Фордом гитлеровской партии. Уже в 1922 году «New York Times» сообщила, что Форд финансировал зарождающуюся Национал-Социалистическую партию, и Berliner Tageblatt обратился к послу США с просьбой о расследовании несуществующего на самом деле вмешательства Форда в немецкие дела. [18] Статья является источником распространения слухов, но поддерживающие доктора Саттона считают ее доказательством того, что международный капитал спонсировал Гитлера[19], цитируя вице-президента баварского парламента, Ауэра, который был на суде над Гитлером после Мюнхенского путча в феврале 1923 года и утверждал, что парламент имел информацию, что Гитлер финансировался Фордом. Ауэр ссылался на представителя Форда, который хотел продать тракторы Дитриху Экарту в 1922 году, и что вскоре после того, как деньги Форда начали поступать в Мюнхен[20], не предоставляя никаких доказательств, Саттон указывает, что “эти средства Форда использовались Гитлером для разжигания баварского восстания”.[21]

ФордПортрет Генри Форда (приблизительно 1919 год).

Scott Nehmer, у которого была мечта об академической карьере, прерванной из-за предвзятого мнения его научного руководителя, предпринял убедительное расследование относительно заявлений о связи во время Второй мировой войны между Третьим Рейхом, Фордом и General Motors[22]. Это показательный недостаток высшего образования, причем не только в США. Его диссертация была опубликована в виде книги. Г-н Nehmer пишет о своем затруднительным положении:

Я намеревался написать свою книгу, концентрирующуюся исключительно на патриотизме Форда и General Motors во время Второй мировой войны, но мои планы изменились, заставив меня подчеркнуть, как марксистская идеология и погоня за дешевыми сенсациями опорочила Форда и GM. Книга была частью диссертации по истории для получения докторской степени в Центральном Мичиганском университете. Почти сразу после того, как я начал над ней работу, мой руководитель, Эрик Джонсон,[23] попытался вынудить меня дискредитировать Ford Motor Company. Он приказал, чтобы я обвинил Форда в измене США во время Второй мировой войны с помощью лжи журналистов.[24]

ff

История легенды о Генри Форде-нацисте стала общеизвестна с 1938 года. Курт Людеке был ответственен за сбор денежных средств для неокрепшей нацистской партии начиная с 1922 года. В 1934 году он поссорился с Гитлером и был заключен в тюрьму, а затем покинул Германию и отправился в США, где и написал свои мемуары «Я знал Гитлера».[26] Он искал возможные источники финансирования, особенно в США, встречался с Хирэмом Уэсли Эвансом, «Великим Магистром» Ку-клукс-клана, организации, имевшей около 5 000 000 членов, она произвела сильное впечатление на него из-за хорошей прибыли, получаемой со сборов за членство в организации [27]. Он встречался с русскими монархистами и Великим князем Кириллом в Париже, наследником российского трона,[28] в Великобритании с несколькими аристократами, недовольными еврейским влиянием: Герцогом Нортамберлендом и Лордом Сайденхэмом [29]. Деньги не поступили ни от одного из них. Действительно, Людеке много путешествовал, и не добился какого-либо успеха в своем задании.

Royal Duke CirillВеликий князь Кирилл Владимирович.

Людеке встретил Форда в 1922 году. Он попытался убедить Форда, что международная солидарность необходима при угрозе еврейского влияния, и что движение Гитлера имело наивысшие шансы на успех в деле избавления от этого влияния. Форд не проявил никакого интереса к предоставлению средств нацистам. Очевидно, что все надежды партии были именно на финансовую поддержку Форда. Брошюрой Форда «Международный еврей» восхищались в нацистских кругах.[30]

Джеймс Пул тратит тридцать страниц на тему финансирования Гитлера, пытаясь показать, что Форд, возможно, дал деньги NSDAP на том единственном основании, что был антисемитом. Он часто цитирует Людеке, но решает проигнорировать то, что Людеке говорил о Форде. Пул указывает, что фрау Уинифред Вагнер сказала ему в интервью, что приняла меры, чтобы Людеке встретился с Фордом, но очевидно, что ее утверждение, что Форд дал деньги Гитлеру, является чистым предположением. Пул предполагает, что деньги были даны Фордом Гитлеру через Бориса Бразоля, русского антисемита, бывшего юристом в Российской Империи, который в 1918 году, который работал на американскую военную разведку, и поддерживал контакт с нацистской партией и был американским представителем у Великого князя Кирилла. Снова Пул делает предположения на основании, что Бразоль был нанят Фордом. «Доказательства» Пула совпадают с используемыми Саттоном — газетные сообщения и слухи.[31]

Если бы Людеке преуспел в том, чтобы получить средства от Форда, который не только не будет примером финансиста с Уолл-стрит, но был примером того, как не все богачи являются частью финансового интернационала. Форд определенно не был этой частью и также проводил различия между созидательным и разрушительным капиталом. Несмотря на его позорную капитуляцию перед еврейскими интересами, когда их давление повысилось вследствие его публикации «Международного еврея», в 1938 году Форд описал в «New York Times» различия, которые существовали между двумя формами капитала:

Как кто-то когда-то сказал, шестьдесят семей управляют судьбой страны. Лучше стоит сказать, что стоит обратить внимание на двадцать пять персон, которые управляют национальными финансами, они самые настоящие создатели войн во всем мире. Существует созидательный и разрушительный Уолл-стрит… У этих финансистов есть свой способ, благодаря которому мы снова окажемся втянуты в войну. Они хотят эту войну, потому что они делают деньги из таких конфликтов – из человеческого страдания, которое приносят такие войны.[32]

Саттон проигнорировал это заявление, сочиняя:

“С другой стороны, когда мы исследуем эти публичные заявления, мы обнаруживаем, что Генри Форд и его сын Эдсель Форд были в центре деятельности американских бизнесменов, которые пытались находиться рядом с каждой стороной [большевики и нацисты] в этом противостоянии для поиска прибыли. Используя собственные критерии Форда, Форды находились среди ‘разрушительных’ элементов”.[33] Вопреки Саттону, однако, Пул указывает, что многие руководители компании Форда были решительно настроены против антисемитской кампании своего босса, и они убедили его проигнорировать события, происходившие в конце 1920-х. Главную роль в этом сыграл его сын, Эдсель, которому принадлежали 41% акций.[34]

Действия Форда показывают, что он был настроен против тех сил, которые хотели войны. В 1915 году Форд зафрахтовал «Оскар II», иначе известный как “Корабль Мира” Форда, в надежде на убеждение воюющих сторон мировой войны созвать мирную конференцию. Его действия вызвали главным образом насмешки. Все на борту, включая Форда, заразились гриппом. Форд продолжал финансировать “Корабль Мира” в течение двух лет, и несмотря на насмешки, он рассматривался как искренний, хоть и наивный, пацифист. Доктор Саттон не упоминает “Корабль Мира” Форда и его кампанию по борьбе за мир во время Первой мировой войны. Поэтому, когда он был одним из первых членов AFC [35], организации, основанной в 1940 году для противопоставления усилиям Рузвельта втянуть США в войну против Германии, он был исключен из нее как пронацистки настроенный[36]. Очень видные американцы присоединялись к Комитету, включая генерала Роберта A. Вуда, глава сети универмагов Sears Робак, и один из самых активных, герой авиации Чарльз Линдберг. Лидер Социалистической партии Норман Томас был постоянным спикером на митингах Комитета. Много конгрессменов и сенаторов сопротивлялись военной машине Рузвельта. Они включали пацифистов, либералов, республиканцев, демократов, консерваторов. О Генри Форде Джордж Эгглестон, редактор изданий Reader’s Digest, Scribner’s Commentator и Life, бывший ключевой фигурой в Комитете, вспоминал, что до того, как оказаться «нацистом», Форд выразил надежду, что “глобальный дух братства положит конец вооруженному конфликту”.[37]

J. P. Morgan & Co. — Томас Ламонт

Томас W. Ламонт, один из руководителей J. P.Morgan был в центре деятельности Уолл-стрита для подготовки войны. Ламонт, сторонник Нового курса Рузвельта, был ярым сторонником интернационализма. Выступая перед Академией Политических наук в отеле «Эстор» в Нью-Йорке 15 ноября 1939 года, он указал, что война против Германии является последствием неудачи Версальского соглашения и возвышения экономического национализма. В отличие от республиканцев «старой гвардии», таких как бывший президент Герберт Гувер, Ламонт не считал возможным вести переговоры с Гитлером. Однако военного поражения Гитлера было бы недостаточно. США должны оставить свой изоляционизм и перейти к «интернационализму».[38]

У Ламонта действительно он был «правильный»: международный капитал против экономического национализма. Международные финансы больше не могли ограничиваться отдельными империями или торговыми союзами. Но мироустройство, которое Вудро Вильсон попытался организовать после Первой мировой войны с его «Четырнадцатью пунктами» и Лигой Наций, базируемой вокруг международной свободной торговли, было отвергнуто даже его собственной страной[39], государства Оси создавали изолированные экономические блоки и устанавливали бартер среди дружественных государств. Рузвельт откровенно указал Черчиллю во время обсуждения «Атлантической хартии», что послевоенный мир не будет терпеть никаких империй, включая британскую и будет основываться на свободной торговле. Он недвусмысленно указал, что война для создания «свободной торговли» [40], причину, которую Рузвельт назвал Черчиллю, как сказал сын президента, Эллиот Рузвельт: “Разве кто-либо предполагает, что попытка Германии доминировать в торговле в Европе не будет главной причиной войны?” [41] Очевидно причиной войны был не Перл-Харбор и не вторжение в Польшу.

General Motors — Джеймс Муни

Воображаемая симпатия Муни по поводу нацизма, который он предположительно рассматривал сам как будущее, «предавая родину» в случае немецкой победы [42], самая невероятная ерунда которая была не раз повторена потом, что Муни практиковал идеальное нацистское приветствие перед встречей с Гитлером в 1934 году. Эдвин Блэк утверждает, что это не так:[43]

«Очевидно, что, используя свои глобальные связи, Муни предпринял попытку предотвращения войны. Однако уже в 1938 году руководство G.M. отправило Муни в британское Военное министерство для обсуждения британских требований в случае войны с Германией. Из неопубликованной автобиографии Муни видно, что неудивительно, что главное беспокойство был немецкий метод ведения торговли:

Муни воспользовался на ужине возможностью высказать свое предложение: если бы немцы могли бы согласиться о займе, были бы готовы прекратить свой субсидированный экспорт и специальные обменные методы, которые сильно раздражали иностранные компании, особенно из Великобритания и США. Пока Муни честно полагал, что это могло бы гарантировать мир, ведь эти немецкие методы сильно затрудняли извлечение прибыли «General Motors» из Германии.» [44]

«Муни сформулировал список рекомендаций, призванных упростить напряженные отношения. Значительная, большая часть списка включает возврат Германии к мировой торговой и банковской системе:

1. Ограничение вооружений.
2. Пакт о ненападении.
3. Возвращение к торговой практике западных стран:
a) Свободный обмен
b) Прекращение субсидированного экспорта
c) Переход к MFN.( к типу государства, на которое будет распространяется режим наибольшего благоприятствования во внешней торговле)
d) Погашение обязательств (погашение долгов).»[45]

Кажется очевидным, что Муни действовал как эмиссар для международного капитала, если не как разведчик США и/или Великобритании тоже. Небольшие усилия были приложены Вальтером Функом, главой Рейхсбанка чтобы пойти на некоторый компромисс в торговле и финансах, но вмешалась война. Четвертого февраля 1939 года Муни заявил перед ежегодным собранием американского Института Банковского дела, что соглашение с Гитлером не может быть достигнуто. [46]

Рейхскомиссар по контролю за собственностью противника

Союзнические корпорации, такие как Opel, связанный с General Motors и работавший в занятой немцами Европе во время войны, делали это под контролем Рейхскомиссара по контролю за собственностью противника.

Немецкие государственные указы от 24 и 28 июня 1941 заблокировали активы американских компаний после блокирования немецких активов в США 14 июня 1941 года.

В обзоре для американского Национального архива доктор Грег Брэдшер указывает, что американские компании и банковские активы были захвачены поправкой от 11 декабря 1941 к “Постановлению об обращении с вражеским имуществом”. Американскими филиалами и банковскими активами Рейхскомиссар по контролю за собственностью противника, который был сотрудником Министерства юстиции. Такая опека была частью международного права. Рейхскомиссар действовал как доверенное лицо для собственности вражеских стран,в соответствии с целями немецкой военной экономики до конца военных действий, после которых они должны были быть возвращены владельцам в надлежащем состоянии. Попечитель был назначен для каждого предприятия, которое предоставляло финансовые отчеты Рейхскомиссару каждые шесть месяцев. Однако другие предприятия были конфискованы напрямую Министерством экономики.[47]

К 1 марта 1945 года Рейхскомиссар взял под управление собственность стоимостью свыше 3,5 миллиарда рейхсмарок. На ту дату приблизительно из 945 миллионов рейхсмарок американской собственности Рейхскомиссар не управлял 267 миллионами.[48]

Поэтому иностранные корпорации не могли свободно распоряжаться своей прибылью во время войны. Связь корпораций с главными офисами была прекращена. Тем не менее, все еще сохраняется утверждение, что такие корпорации как Форд и General Motors были в союзе с врагом во время войны,[49] на том основании, что те же немецкие директора Opel в Германии до войны оставались у руля филиалов в Рейхе во время войны и что Альфред Слоун и Муни теоретически оставались в совете Opel, сторонники теорий тайного сговора считают это достаточным для показа связи Гитлера и международного капитала[50]. В то время как доктор Брэдшер не уверен относительно того, что произошло с прибылью, согласно Закону о распределении прибыли корпораций от 1934 года, корпорации были ограничены в суммах прибыли и дивидендов, подлежащих оплате акционерам — 6%. Остаток от прибыли нужно было реинвестировать в предприятие или использовать для покупки правительственных облигаций.[51] Короче говоря, иностранными корпорациями управляли в Германии, как можно было ожидать, согласно цели национальной автаркии.

Саттон пытается объяснить множество противоречий и парадоксов путем заявления, что все это — часть заговора и дело тех, кто основал в Йельском университете «Череп и Кости»[52]. Следовательно, причина, почему международные финансисты имели дело и нацистской Германией и с СССР; это способствовало управляемому конфликту, который приведет к возникновению глобализма.[53]

Фриц Тиссен

Саттон цитирует Фрица Тиссена относительно того, почему он поддержал Гитлера, но не видит, что его побуждения отличаются от целей Уолл-стрита. Тиссен и другие промышленники, такие как Крупп, которые финансировали Гитлера, делали это открыто и по патриотическим причинам. Тиссен написал, как процитировал его Саттон: “Я стал сторонником Национал-Социалистической партии только после того, как стал убежден, что борьба с планом Юнга была неизбежна, если мы хотим предотвратить полный крах Германии”.[54] План Юнга — платежи и компенсации Первой мировой войны — рассматривался Тиссеном как средство управления Германией американским капиталом [55], поэтому он едва ли является примером связи между нацизмом и международным капитализмом; наоборот, это показывает, что немецкий бизнес был мотивирован патриотическим чувством до крайней степени. Тиссен был католиком, мотивированным социальной доктриной церкви, которая искала альтернативу и марксизму и монополистическому капитализму. Как и многие другие, Тиссен нашел, что корпоративистские доктрины Фашизма и Национал-социализма отражают церковную доктрину в социальной сфере. Тиссен был членом консервативной Национальной Народной партии. Комиссия по денацификации в 1948 году обнаружила, что Тиссен пожертвовал приблизительно 650 000 рейхсмарок различным правым сторонам и группам, включая NSDAP, между 1923 и 1932 годами. Он был сторонником корпоративистских теорий австрийского философа Отмэра Спэнна. В 1933 Тиссен попросил NSDAP создать Институт Корпоратизма в Дюссельдорфе. [56] Однако, он рассматривался как конкурент Трудового Фронта и был закрыт в 1936 году. В 1940 году, эмигрировав из Германии, Тиссен и его жена были схвачены во Франции и заключены в тюрьму в Германии до конца войны.

Прескотт Буш

Фигурой, которая была тесно связана с Тиссеном, является Прескотт Буш. Поскольку он был, как и президенты Буши — приобщен к Ложе 322, появились весьма бессмысленные теории вокруг Йельского тайного общества, известного как «Череп и Кости» — пронацистский культ смерти, часть международного заговорщиков для создания нацистского мирового господства.

Прескотт Буш был партнером Аверелла Харримэн в Brown Brothers Harriman & Co. и Union Banking Corporation. UBC действовал в интересах Тиссена. Из-за этого активы UBC были захвачены американским правительством во время войны. Тиссен, находившийся в концентрационном лагере во время войны, игнорируется теми, кто ищет связь Уолл-стрит с Гитлером через Тиссена. The Guardian утверждала, что имеет новые сенсационные открытия в 2004 году, которые оказывается ничем иным, как подтверждение того, что Тиссен являлся бизнесменом, который “финансировал Гитлера”. Однако статья снова информирует относительно характера международного капитала, чем о его поддержке Гитлера.The Guardian:

Эрвину Мею, атташе казначейства и офицеру отдела расследования в APC, [57] поручили изучить бизнес UBC. Первый факт, который он обнаружил — Роланд Харримэн, Прескотт Буш и другие директора фактически не владели своими акциями в UBC. Странно, никто, казалось, не знал, кому принадлежал находящийся в Роттердаме банк, включая президента UBC.

Мэй написал в своем отчете от 16 августа 1941 года: “Я не нашел никаких доказательств того, что Union Banking Corporation находится в полной собственности Bank voor Handel en Scheepvaart NV,из Нидерландов.

К сентябрю Мэй проследил происхождение неамериканских членов правления и нашел того голландца H. J. У Кувенховена — того, кто встретился с Харримэном в 1924 году , работавшим в UBC -также имел и другие должности: был исполнительным директором Bank voor Handel и директором банка Огаста Тиссена в Берлине и директором Союза сталелитейных заводов Фрица Тиссена, холдинговой компании, которая управляла сталью Тиссена и угольными шахтами в Германии[58]

Связи эти незначительны и ничего не доказывают и такого же характера как и другие воображаемые связи между транснациональными корпорациями и Третьим Рейхом.

Кто спонсировал нацистскую партию?

Как и предположение, что Форд, возможно, финансировал Гитлера, потому что у них были схожие представления о евреях, Пул также делает то же предположение о Монтэгу Нормане, главе Банка Англии, друге Шахта, потому что Норман также относился к евреям (и французам). Он сожалел об экономическом хаосе, вызванном в Германии Версальским договором. С этой точки зрения, возможно, он финансировал нацистскую партию, но нет никаких доказательств. Книга Пула полезна, поскольку она показывает, что нацистская партия никогда не была инструментом большого бизнеса.

I. G. Farben, например, часто изображалась центром плутократических интриганов нацистского режима, и как центр промышленности Третьего рейха, смертельная машина, возглавляемая либералами. Пул указывает, что с 1925 года I.G. Farben финансировала все партии кроме нацистов и коммунистов. Только в 1932 году, когда НСДАП стала самой многочисленной партией в парламенте, два представителя фирмы встретились с Гитлером для получения его мнения о производстве синтетического топлива.[59] Не удивительно, что Гитлер выступил «за», учитывая, что это был важный фактор в создании автаркической экономики. Однако вопрос финансирования для партии не поднимался.
Итоги, который мы узнаем из книги Пула в отношении финансирования нацистской партии, те же, что и у экономиста Пола Дракера:

Действительно решающая поддержка прибыла из низших и средних классов, фермеров и рабочего класса… Нацистская партия была обеспокоена, что существует серьезное основание полагать, что, по крайней мере, три четверти ее поступлений, даже после 1930 года, поступали от еженедельных членских взносов…. А также от вступительных взносов на массовые собрания, на которых члены «высших сословий практически всегда отсутствовали. [60]

Людеке, несмотря на его ссору с Гитлером, тем не менее убедительно указывал на различие в мировоззрениях между национал-социализмом и либеральным капитализмом.

Он написал, что “Недавно легализованное понятие прав собственности в Германии радикально отличается от идей капитализма, хотя марксисты в частности упорствуют в ошибочном утверждении, что система Гитлера является реакционной, разработанной для приведения в исполнение политики капитализма”. Он указал, что “Это была командная экономика показывает с госконтролем производства, сельского хозяйства и коммерции; экспорта, импорта и внешних рынков; цен, иностранной валюты, кредита, процентных ставок, прибыли, капиталовложений и торговли всех видов …” [61] Людеке указывает в статье в журнала Council of Foreign Relations (июль 1937 года), что “немецкая концепция капитализма всегда чрезвычайно отличалась от англосаксонской, потому что она была разработана под совершенно различным пониманием государства и правительства …”

Интересно, что Foreign Relations указал, что, что предписания Гитлера устанавливались также и Социал-демократами [62], были соц-дем правительства, которые предприняли аналогичные меры. Любой знакомый с первым Лейбористским правительством Новой Зеландии, мог легко предположить,то, что описывая политику Гитлера автор Foreign Relations описывает принципы экономической политики Лейбористского правительства.

Ялмар Шахт

Прямой связью между международным капиталом и режимом Гитлера был Ялмар Шахт. Он — это поучительная история того, как международный капитал стремился поглотить нацистское государство, и как при этом потерпело неудачу. В то время как исследователи сфокусировались на первом утверждении, они пренебрегли последствиями второго. Саттон указывает, что “Шахт был членом международной финансовой элиты, которая владеет властью негласно через политический аппарат страны. Он — ключевая связь между элитой Уолл-стрит и внутренним кругом Гитлера”.[63] Шахт был ключевой фигурой в создании Банка международных расчетов. Присутствие немецких делегатов на учреждении открытия во время Второй мировой войны является основным «доказательством» связи нацистов и Уолл-стрит. Можно было сказать то же самое, что некоторые и делают, и о Международном комитете Красного Креста [64] и Интерполе[65] во время войны.
Заманчиво размышлять относительно того, был ли Шахт поставлен в Национал- социалистический режим для крушения аспектов идеологии NSDAP международными капиталистами. Глупо утверждать, что Гитлер предал Национал — социалистическую борьбу с международным капиталом, потому что экономическая программа НСДАП не была выполнена целиком. Шахт был обязан работать в рамках национал-социализма и не мог не достигнуть некоторых результатов. Как Монтэгу Норман и другие, он был также обеспокоен, что экономический хаос в Германии, порожденный послевоенным Версальским диктатом, оказывал неблагоприятное влияние на мировую торговлю. Саттон не упоминает, что он оказался в концентрационном лагере из-за его приверженности международному капиталу. По крайней мере, Хайем указывает в своей книге, что “Ялмар Шахт провел большую часть войны в Женеве и Базеле, дергая за ниточки. Однако Гитлер совершенно верно подозревал его в интригах для свержения существующего режима в пользу ФинИнтерна[66] и заключил его в тюрьму ”.[67]Ялмар Шахт сказал, что промышленники поддержали избирательную кампанию нацистской партии в 1933 году, потому что Гитлер обещал защитить частную собственность и прекратить все забастовки.

Ялмар 2

Гитлер вновь назначил Ялмара Шахта президентом Рейхсбанка в 1933 году, и в 1934 как министра экономики. Шахт написал после войны:

Агитаторы Национал-социалистов во главе с Готтфридом Федером провели порочную кампанию против частного банковского обслуживания и против всей нашей валютной системы. Национализация банков, отмена обязанности к выплате процентов и введению государственных»денег Федера» все эти меры шли от влиятельной группы, которая стремилась к свержению власти наших денег и банковской системы. Для контроля над этой ерундой [я] созвал совет банкиров, который выдвинул предположения для более тщательного наблюдения и контроля над банками в сложившейся ситуации. Эти предложения шифровались в законе 1934 года … путем увеличения полномочий наблюдательных органов банков. В ходе нескольких обсуждений я преуспел в том, чтобы отговорить Гитлера от осуществления самой глупой и опасной из идей о банковском деле и валюте, предложенной его коллегами по партии.[68]

Шахт придумал векселя MEFO. Между 1934 и 1938 годами было выпущено векселей на сумму 12 000 000 марок по 3 000 000 в год. Векселя MEFO использовались, в частности, для упрощения обмена товарами. [69] Однако, как только полная занятость была достигнута, Шахт хотел возвратиться к прежней финансовой системе. Гитлер возразил, и было согласовано, что Шахт останется президентом Рейхсбанка до 1939 года при гарантии, что обеспечение MEFO прекратиться, когда стоимость векселей дойдет до 12 000 000 млрд.[70] После войны Шахт уверил всех, что MEFO, [71] как и бартер, не должны становиться нормой, что это не нормально, несмотря на их явные успехи в Германии.

Аналогично, Шахт выступил против автаркических целей национал-социализма. Шахт короче говоря, был идеологически крайне недружелюбен национал-социализму и не одобрял его существование. Сегодня он был бы рьяным сторонником глобализации вместе с Дэвидом Рокфеллером и Джорджем Соросом. Он написал после войны:

«Автаркия является самым большим препятствием на пути культуры глобализма. Мировая торговля является самым действенным способ распространения такой культуры. Поэтому я был неспособен поддержать тех, кто защищал автаркическое уединение отшельника как решение проблем Германии.[72]

Все же Шахт был также причастен за восстановление экономики Германии в течение 6 лет, и к достижениям национал-социализма, таким как создание двусторонних торговых соглашений на основе взаимных кредитов. Шахт написал по этому поводу:

«В сентябре 1934 я ввел новую программу внешней торговли… Мой план был в некоторой степени возвращением к примитивной бартерной экономике, только метод был более современным. Дружественным странам открывали специальные счета в немецких банках. Затем они получали в министерстве экономики необходимые разрешения об импорте, немецкие импортеры зачисляли на эти счета необходимую контрактную сумму в рейхсмарках. Эти средства, учтенные на счетах в дальнейшем могли быть использованы только для закупки (экспорта) немецких товаров.»

Таким образом проблема с иностранной валютой при внешней торговле решилась. Шахт намекает на то, что это привело бы к столкновению систем и мировой войне:

«Заинтересованные обменом товарами вступили в конфликт со сторонами заинтересованными исключительно обменом деньгами. Я заключил специальные договоры со многими государствами, которые были нашими основными источниками сырья и продовольствия. Любой, кто хотел продать сырье Германии, должен был купить немецкие промышленные изделия. Германия могла заплатить за товары из-за границы только посредством товаров домашнего производства и таким образом смогла торговаться только со странами, подготовленными участвовать в этой двусторонней программе. Таких стран было множество. Вся Южная Америка и Балканы были рады пользоваться этой схемой, так как это стимулировало их производство сырья. К весне 1938 года было не менее чем 25 таких соглашений о счетах с зарубежными странами, это более чем половина от всех стран с которыми Германия имела торговые отношения. Эта система торгового договора, в которую всегда вовлекались только две страны — Германия и другая страна — ввела новый термин в экономическую историю под именем «двусторонней торговой политики». [74]

«Это создало огромную неприязнь в странах, которые не были частью этой системы. Это были как раз те страны, которые были основными конкурентами Германии на мировых рынках. Страны, участвующие в двусторонней торговле, не были среди тех, которые предоставили кредиты Германии. Они были в основном производителями товаров или странами с преобладающим аграрным сектором, и были до настоящего времени едва затронуты индустриализацией. Они использовали двустороннюю торговую систему для ускорения их собственного промышленного развития посредством машин и оборудования, импортированных из Германии». [75]

Однако Шахт даже не выступил за продолжение использования этого альтернативного метода мировой торговли, которая допускала мирное развитие остальных экономик. Шахт оставался членом ФинИнтерна, и его волновала двусторонняя система:

«Двусторонняя торговая система много лет держала немецкий платежный баланс под контролем, но это не было удовлетворительным решением для него. Верно, что это позволило Германии сохранить свою экономику в порядке и повысить благосостояние ее населения, но система не могла предоставить излишки иностранной валюты. Теперь импорт не был больше, чем экспорт. Импорт и экспорт находились в балансе и в денежном выражении. Таким образом, эта система достигла полной противоположности того, что я, в согласии с иностранными кредиторами, считал необходимым.»[76]

Как будто подчеркивая, что он никогда не намеревался изменить свою лояльность к ФинИнтерну, Шахт продолжает извиняющимся тоном:

«Уже в то время, когда я ввел двустороннюю торговую систему, я заявил, что я рассматривал ее как самую неприятную и не соответствующую реальности систему и выразил надежду, что все это будет скоро заменено всесторонней, свободной, многосторонней торговой политикой. Фактически система действительно имела значительное влияние на торговые политики конкурентов Германии»[77]

И снова:

“С моей точки зрения я не сказал бы, что двусторонняя торговая система относится к тем мерам, которые стоит скопировать”. [78]

Введение бартера в мировую торговлю, кажется, было источником большого позора для Шахта.

Шахт критикует Гитлера за то, что он финансировал войну ни повышением налогообложения, ни увеличением объема кредитов. “Вместо этого он принял решение распечатать банкноты”,[79], метод, который, конечно, является анафемой для такого банкира, как Шахт. Относительно верно, что «инфляция» не произошла из-за государственного контроля, но Шахт указал, что действительно происходило — в 1945 году,[80] в конце войны, сумма векселей в обращении составляла сумму между 40 и 60 миллиардами марок. Шахт комментирует, что это не привело к гиперинфляции, и что цель состояла в том, чтобы сохранить уровень той суммы.[81] Можно ли сделать вывод, что деньги, не обеспеченные золотом, которые были выпущены Третьим Рейхом, не были причиной инфляции, а скорее причиной уничтожения немецкого производства к концу войны? Об обратном говорит то, что только в 1948 году, Союзники сделали попытку валютной реформы, на основе рекомендаций США. Министр финансов Генри Моргентау младший произвел крупную девальвацией марки. Это — то, что имело разрушительные последствия на средний и рабочий класс, и Шахт указывает, что “ эта мера содержала преступные намерения ”.[82] Не обеспеченные золотом деньги долгое время были пугалом среди ортодоксальных экономистов. Забавно, что Шахт провел два дня на Нюрнбергском процессе, пытающихся объяснить смысл векселей MEFO, и, когда его спросили в третий раз, он отказывался объяснять снова.[83]

Отчеты Банка международных расчетов поясняют, что правительство Рейха использовало множество финансовых методов, включая тот, которые Шахт высмеивал — “Государственные деньги Федера”.

Другое интересное замечание, сделанное Шахтом, — то, что вопреки широко распространенному предположению немецкое восстановление экономики происходило не на основе военных расходов. Шахт даже критикует Гитлера в том, что он не понял требований о подготовке к войне. В течение 1935-1938 расходы на вооружение составили 21 миллиард рейхсмарок.[84] Шахт предполагает, что это было вследствие незнания обстановки Гитлером. Другой вариант — то, что не было никакого долгосрочного плана для проведения крупной войны или длительной агрессии. Не было никакого накопления сырья и никакой реальной экономики военного времени до 1939 года.

В 1939 году Шахт был заменен Вальтером Функом, который был в 1932 году заместителем председателя экономического совета НСДАП под председательством Федера. Замена Шахта Функом, работавшим под руководством Геринга над Четырехлетним планом, была сигналом о том, что переходная фаза завершена и что правительство хорошо знало о роли Шахта как агента финансового интернационала. Отто Толишус, пишущий из Берлина для New York Times, прокомментировал:

«Доктор Шахт был отстранен, потому что он полагал, что Германия достигла лимита в накоплении долга и росте массы денег, что продолжение такой политики создает опасность для экономической системы, за которую он все еще считал себя ответственным, и что правительство должно будет урезать свои стремления и ограничиться национальными средствами…

Каких-либо достоверные сведений о новой финансовой политике пока нет, но, вероятно, она будет проходить примерно следующим образом:

1.Расширение денежного обращения только для текущих требований, а не для специальных целей.

2.Открытие рынка капитала для частной промышленности и финансирование множества задач, доселе финансировавшихся государством непосредственно, либо государственными заказами, которые позволили расширить финансирование для промышленности из накопленной прибыли и резервов.

3.Создать беспроцентный кредитный инструмент, с помощью которого государство, теперь приходившемуся делить рынок капитала с частным предпринимательством, будет финансировать свои заказы.

Поэтому герр Фанк по-видимому продолжит ‘предварительно финансировать’ заказы государства также, как и доктор Шахт, но тогда как доктор Шахт делал это векселями, кредитами, и другими кредитными инструментами, герр Фанк предлагает делать это с беспроцентными кредитными инструментами.

То, как это будет сделано, является тайной, но при простом упоминании о беспроцентных кредитных инструментах неизбежно вспоминается план Готтфрида Федера, который когда-то очаровал канцлера Адольфа Гитлера, и которого устранил с высоких должностей доктор Шахт.»[85

Причиной было ультиматум от Рейхсбанка, который в январе 1939 года отказался предоставлять государственные кредиты [86]. Это было мятежом банкиров. Девятнадцатого января Шахт был снят с должности президента Рейхсбанка, его заменил министр экономики Функ. Гитлер выпустил указ, который обязал Рейхсбанк предоставлять кредиты государству.

Функ прокомментировал денежно-кредитную политику Германий год спустя:

«К вопросу, “Как эта война финансируется в Германии?” мир проявляет живой интерес. Война финансируется работой, поскольку мы не тратим денег, которые не были оплачены нашим трудом. Векселя на основе труда –выпущенные Рейхом и обеспеченные Рейхсбанком – являются основой денежной системы… [87]

Идеи Федера реализовывались. НСДАП сломала систему международных финансистов, и это открыто обсуждалось как всеобщее будущее. Германия создала автаркический торговый блок и до и во время войны, на основе бартера через клиринговые расчеты. Привязка валют разных стран к Рейхсмарке привела к непосредственным повышениям заработной платы в оккупированных государствах. Годовой отчет Банка международных расчетов для 1940-1941 цитируемого финансовым представителем от фашистской Италии:

Развитие клиринга в Европе дало старт страхам относительно будущей позиции золота как основному элементу в денежной структуре. С тех пор было отмечено, что Германия была в состоянии финансировать перевооружение и войну с очень небольшими золотыми запасами, и что внешней торговлей Германии и Италии занимались в основном на основе клиринга. Следовательно возникает вопрос, разрабатывается ли новая денежная система, которая, в целом обойдется без золота?

В заявлениях, сделанных по этому поводу в Германии и Италии, сказано о функциях и роли золота. Президент немецкого Рейхсбанка сказал в речи от 26 июля 1940 года, что “В любом случае в будущем золото не будет играть роли основы для европейских валют, поскольку валюта не зависит от своего покрытия золотом, но важна стоимость, которая дана ей государством, т.е. тем экономическим порядком, которое установлено в государстве”. “Это”, добавил он, “другой вопрос, должно ли золото рассматриваться как подходящее средство для расчета между странами, но мы никогда не будем проводить денежно-кредитную политику, которая сделает нас зависящими от золота для него, нельзя связывать себя с тем, чью стоимость нельзя определить для себя”. [88]

После войны Шахт, оправданный в Нюрнберге, не избежал мстительности Союзников, несмотря на свидетельства, которые показывали, что он был с самого начала врагом Гитлера. В 1959 году Дональд Хит, американский посол в Саудовской Аравии, который был ответственным за политические вопросы в американском военном правительстве во время Нюрнбергского процесса, написал Шахту, говоря ему, что он попытался вмешаться в действия американского обвинителя Роберта Джексона по поводу Шахта:

«После консультации с Робертом Мерфи, заместителем госсекретаря, и с разрешения генерала Клэя, я отправился в Нюрнберг к Джексону. Я сказал Джексону, что вы последовательно работали над разорением нацистского режима. Я сказал ему, что находился в контакте с вами во время первой половины войны через заместителя госсекретаря Уэллса, и что вы передали мне информацию, ценную для нацистов…»[89]

В 1952 Шахт попробовал принять участие в создании банка в Гамбурге, но, ему отказали на том основании, что его векселя MEFO нарушили банковскую мораль. Особенно против были социалисты, которые нашли MEFO крайним нежелательным. [90]

Кто хотел войны?

Если некоторые промышленники и бизнесмены, такие как Генри Форд старший не хотели войну и поддержали AFC, другие, включая тех, как предполагают сторонники Саттона, пронацисты, требовали оказания помощи Великобритании и войны с Германией задолго до Перл-Харбора. Сенатор Раш Холт, либеральный пацифист, во время последней 76-ой сессии Конгресса, подверг критике банкиров, продвигающих свои интересы о начале войны с Германией. Комментируя создание комитета «Защитим Америку путем помощи Союзникам», возглавляемый журналистом Уильямом Алленом Вайтом для агитации за войну против Германии, или по крайней мере “всевозможную помощь” Великобритании, сенатор Холт сказал, что среди учредителей комитета были “восемнадцать крупнейших банкиров”. Среди них к апрелю 1940 года находились и Генри Стимсон, который защищал интересы J. P. Morgan & Co и Томас Ламонт.[91] Кампания началалсь 10 июня 1940 с рекламных объявлений, “Останови Гитлера сейчас!», появившихся в газетах всюду в США. Одиннадцатого июля сенатор Холт выступил перед Сенатом по поводу этой рекламы:

«Вы не находите, что заплатили за эту рекламу, “Останови Гитлера сейчас!” не дворовые мальчишки …Это сделали банки. Директора этих банков и их семьи заплатили за эту рекламу. Кто они? Неудивительно, что они хотят «остановленного» Гитлера. Директор J. Pierpont Morgan & Co.; директор Drexel & Co.; директор Kuhn, Loeb Co., — сенаторы слышали это имя прежде Kuhn, Loeb Co., международная банковская организация. Неудивительно, что Kuhn, Loeb Co. помогла финансировать такую рекламу. Директор Lehman Bros., другой международной банковской организации также спонсировала выпуск этой рекламы, как и многие другие банки» [92]

Холт, обращаясь к списку имен спонсоров этой рекламы, указал, что все они не те люди, которые умирают на полях сражений и уж тем более не их предки. Он назвал жен международных финансистов — В. Аверелла Харримэна,[93] H. P. Дэйвисона, [94] покойного Дэниела Гуггенхайма, 95 и Джона Шиффа. Среди других спонсоров были Фредерик M. Варберг, [96] партнер Kuhn, Loeb Co. Корнелиус Уитни, магната связанный с интересами Рокфеллера и Моргана; и Томас Ламонт из J. P. Morgan Co. В СМИ это были Анри Люс, издатель «Time», и Сэмюэль Гольдман, голливудский магнат.

В своей последней речи в Сенате Холт отметил, что: “Германия не является преградой для Англии и СССР в мировой торговле”. “Американских парней собираются послать в Европу еще раз, чтобы не победить диктатуру или восстановить демократию, а сохранить равновесие сил и защитить мировую торговлю”. Интересно читать теперь, когда в ответ сенатор Джош Ли напомнил Холту, что Рузвельт обещал, что“американские экспедиционные войска не пошлют в Европу”. Холт ответил, что Рузвельт нарушил много обещаний. [97]

Исследование газетных заголовков также указывает на наличие энергичных призывов к войне против Германии уже в 1938 году. Кроме президента Франклина Рузвельта, обещающего, что он не вовлек бы США в другую европейскую войну , и в это же время требовавший срочного наращивания военной мощи, есть двое других людей, которые наиболее заметно выделяются в подстрекательстве к войне, они также являются доверенными лицами президента — финансист Уолл-стрита Бернард M. Барух и нью-йоркский губернатор Герберт Леман из Lehman Brothers. В октябре 1938 года Барух и Рузвельт требовали увеличенные военные расходы США. В январе 1939 года Барух предложил 3 300 000 $ своего собственного состояния, чтобы помочь снабдить американскую армию. В феврале 1939 года Рузвельт говорил , что участие США в помощи Великобритании и Франции было «неизбежно», несмотря на то, что военные действия не начинались до сентября. В мае 1940 года “Барух призывает США перевооружаться”. В июне “Леман говорит Рузвельту посылать всё оружие, которое затребовали Союзники”. Несколько дней спустя Джеймс P. Варберг, представитель известной банковской династии, говорит, «что только силой можно остановить Гитлера”.

В июле Леман потребовал ввести воинскую повинность. В январе 1941 Джеймс P. Варберг, “просит ускорить” перевооружение США. Несколькими днями ранее раввин Стивен Вайс убеждает “ направить всю помощь” в Великобританию, а Леман “убеждает ускорить меры по отправке помощи”. В феврале “еврейский Институт планирования Нового мирового порядка”, [98] Леман, американский дипломат Баллитт и другие сторонники войны информировали американскую общественность, всецело настроенной против войны, что, если Великобритания будет побеждена, США столкнутся с вторжением.[99] Такие как полковник Чарльз Линдберг, который показал, что это паникерство и ерунда, были заклеймены как «нацист».

Заключение

Некоторые деятели Уолл-стрита, которые, как предполагается, были пронацистски настроены из-за нахождения филиалов своих кампаний и активов в Германии, на самом деле были среди тех, кто хотел войны против Германии. Активы иностранных предприятий были сохранены Германией в течение войны в соответствии с международным правом.Было лишь одно лицо, у которого были убедительные связи с международным капиталом, Ялмар Шахт, который был освобожден от всех должностей к 1939 году и оказался в концентрационном лагере. Те немецкие бизнесмены, которые действительно предоставляли средства нацистской партии, делали это из националистических чувств, присущих немецкой традиции, которые были чужды английской школе свободной торговли. Даже те иностранные бизнесмены, которые, как обоснованно многие ожидали, финансируют НСДАП по идеологическим причинам, прежде всего Генри Форд, не делали этого, несмотря на постоянные заявления об обратном.

http://www.inconvenienthistory.com/archive/2015/volume_7/number_3/the_myth_of_the_big_business_nazi_axis.php

Примечания:

[1] See for example: “Fascism” in ABC of Political Terms (Moscow: Novosti Press Agency Publishing House, 1982), pp. 29-30; cited in Roger Griffin, Fascism (New York: Oxford University Press, 1995), pp. 282-283.
[2] Ibid.
[3] Roger Eatwell, Fascism: A History (London: Vintage, 1995).
[4] Zeev Sternhell, The Birth of Fascist Ideology (Princeton: Princeton University Press, 1980); Neither Left nor Right: Fascist Ideology in France (Princeton, 1986).
[5] “Guidelines of the German Workers’ Party,” January 5, 1919, in Barbara M. Lane and Leila J. Rupp, Nazi Ideology Before 1933(Manchester: Manchester University Press, 1978), pp. 9-11.
[6] Oswald Spengler [1926], The Decline of the West (London: George Allen & Unwin, 1971), Vol. 2, p. 402.
[7] Hitler, Mein Kampf (London; Hurst and Blackett, 1939), pp. 180-181.
[8] Ibid., p. 183.
[9] Ibid.
[10] Friedrich List, The National System of Political Economy (1841) online at: http://oll.libertyfund.org/titles/315
[11] Ibid., “Author’s Preface.”
[12] Antony Sutton, Wall Street and the Bolshevik Revolution (New Rochelle, New York: Arlington House Publishers, 1974).
[13] Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler (Suffolk: Broomfield Books, 1976).
[14] Everette O. Lemons, A Revolution in Ideological Inhumanity (Lulu Press, 2013), Vol. 1 pp. 339-340.
[15] Ibid. , p. 389.
[16] Kurt G. W. Ludecke, I Knew Hitler (London: Jarrolds Publishers, 1938), pp. 287-288.
[17] Sutton, How The Order Creates War and Revolution (Bullsbrook, W. Australia: Veritas Publishing (1985). Sutton’s evidence for Wall Street funding of Hitler comprises nothing other than the supposed links with Fritz Thyssen (pp. 58-63), which will be considered below.
[18] “Berlin hears Ford is backing Hitler,” New York Times, December 20, 1922, cited by Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, pp. 90-92.
[19] See for example: “ The Constantine Report,” http://www.constantinereport.com/new-york-times-dec-20-1922-berlin-hears-ford-backing-hitler/
Also the citing of the article in a university thesis: Daniel Walsh, “The Silent Partner: how the Ford Motor Company Became an Arsenal of Nazism,” p. 4, University of Pennsylvania, http://repository.upenn.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1018&context=hist_honors
[20] Antony Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler (Suffolk: Broomfield Books, 1976), p. 92.
[21] Ibid.
[22] Scott Nehmer, Ford, General Motors and the Nazis: Marxist Myths About Production, Patriotism and Philosophies (Bloomington, Indiana: Author House LLC, 2013).
[23] Professor Eric Johnson seems to be particularly close to Jewish interests, which might explain his outrage at Mr. Nehmer’s lack of subservience. See: Central Michigan University, History Department Newsletter, “Faculty Publications and Activities,” June 2010, p. 2,https://www.cmich.edu/colleges/chsbs/history/about/documents/historynewsletter2010.pdf
[24] Scott Nehmer, “Ford General Motors, and the Nazis,” http://scottnehmer.weebly.com/
[25] Antony Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, pp. 104-105.
Trading with the Enemy (London: Robert Hale, 1983), by Charles Higham, is along the same lines.
[26] Kurt G. W. Ludecke, I Knew Hitler (London: Jarrolds Publishers, 1938).
[27] Ibid., p. 196.
[28] Ibid., p. 203.
[29] Ibid., p. 201.
[30] Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, p. 92.
[31] James Pool, Who Financed Hitler (New York: Pocket Books, 1997), pp. 65-96.
[32] New York Times, June 4, 1938; quoted by Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, pp. 90-91.
[33] Ibid., p. 90.
[34] Pool, p. 84.
[35] George T. Eggleston, Roosevelt, Churchill and the World War II Opposition (Old Greenwich, Conn.: The Devin-Adair Co., 10979), pp. 96-97.
[36] Ibid., pp. 101, 146, 147, 164, 165.
[37] Ibid., p. 101.
[38] Thomas Lamont, “ American Business in War and Peace: Economic Peace Essential to Political Peace,” speech before the Academy of Political Sciences, November 15, 1939, quoted by Peter Luddington, Why the Good War was Good: Franklin D. Roosevelt’s New World Order, doctoral thesis, UCLA (Ann Arbor: ProQuest LLC, 2008), pp. 112-113.
[39] K. R. Bolton, “The Geopolitics of White Dispossession” in Radix, Vol. 1, No. 1, 2012, pp. 108-110.
[40] Ibid., pp. 112-114.
[41] Elliott Roosevelt, As He Saw It (New York: Duell, Sloan & Pearce, 1946), p. 35.
[42] Charles Higham, Trading with the Enemy: How the Allied Multinationals supplied Nazi Germany throughout World War Two (London: Robert Hale, 1983)., pp. 166-177.
[43] Edwin Black, “Hitler’s Car Maker: The Inside Story of How General Motors Helped Mobilize the Third Reich,” History News Network,http://historynewsnetwork.org/article/37935
[44] James D. Mooney, Always the Unexpected, unpublished autobiography, ed. Louis P. Lochner, (State Historical Society of Wisconsin, Madison, 1948), p. 24; cited by David Hayward, Automotive History, “Mr. James D. Mooney: A Man of Missions,” http://www.gmhistory.chevytalk.org/James_D_Mooney_by_David_Hayward.html
[45] Mooney, ibid., p. 27.
[46] Luddington, p. 113.
[47] Dr. Greg Bradsher, “German Administration of American Companies 1940-1945: A Very Brief Review,” U.S. National Archives, June 6, 2001,http://www.archives.gov/research/holocaust/articles-and-papers/german-administration-of-american-companies.html
[48] Ibid.
[49] Rinehold Billstein, et al Working for the Enemy: Ford, General Motors and Forced Labor in Germany During the Second World War (Berghahn Books, 2004), p. 141.
[50] Anita Kugler, Working for the Enemy, ibid., p. 36.
[51] Richard Overy, The Dictators (London: Allen Lane, 2004), p.p. 438-439.
[52] Antony Sutton, How The Order Creates War and Revolution, pp. 3-9.
[53] Ibid, inter alia.
[54] Frtiz Thyssen, I Paid Hitler (New York: Farrar & Rinehart Inc., n.d.) p. 88, cited by Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, p. 25.
[55] Sutton, ibid., p. 25.
[56] “Fritz Thyssen,” ThyssenKrupp, http://www.thyssenkrupp.com/en/konzern/geschichte_grfam_t2.html
[57] Alien Property Commission.
[58] “How Bush’s Grandfather Helped Hitler’s Rise to Power,” The Guardian, September 25, 2004, http://www.theguardian.com/world/2004/sep/25/usa.secondworldwar
[59] Pool, pp. 336-337.
[60] Paul Drucker, The End of Economic Man (London: 1939), p. 105; quoted by Pool, p. 272.
[61] Ludecke, p. 692.
[62] Ibid., p. 693.
[63] Sutton, Wall Street and the Rise of Hitler, p. 18.
[64] Arthur Spiegelman, “WWII Documents Bolster Nazi-Red Cross Connection,” Detroit Free Press, August 30, 1996, p. 6A.
[65] Gerald L. Posner, “Interpol’s Nazi Affiliations Continued after War,” New York Times, March 6, 1990, http://www.nytimes.com/1990/03/06/opinion/l-interpol-s-nazi-affiliations-continued-after-war-137690.html
[66] Higham’s term for the international financial cabal.
[67] Higham, pp. 9-10.
[68] Hjalmar Schacht, The Magic of Money (London: Oldbourne, 1967), p. 49; http://www.autentopia.se/blogg/wp-content/uploads/2013/09/schacht_the_magic_of_money.pdf
[69] Ibid., p. 117.
[70] Ibid., p. 114.
[71] Ibid., p. 116.
[72] Ibid., p. 85.
[73] Ibid., pp. 85-86.
[74] Ibid., p. 86.
[75] Ibid., p. 87.
[76] Ibid., p. 87.
[77] Ibid., p. 87.
[78] Ibid., p. 89.
[79] Ibid., p. 98.
[80] Ibid., p. 143.
[81] Ibid., p. 109.
[82] Ibid., p. 121.
[83]Ibid., p. 118.
[84] Ibid., p. 101.
[85] “The Abolition of Debt-Bonds Is the Story behind the Removal of Dr. Schacht,” Social Justice, February 13, 1939, p. 11
[86] Schacht, p. 117.
[87] Walther Funk, “The Economic Re-Organisation of Europe,” Speech: July 25, 1940.
[88] The Bank for International Settlements Annual Report for 1940-1941, Eleventh Annual Report, June 9, 1941, p. 96.
[89] Hjalmar Schacht, p. 107.
[90] Ibid., p. 118.
[91] “Rabid Tory Propagandists are Worst War Profiteers,” Weekly Roll-Call, January 25, 1941, p. 6; citing Chicago Daily Tribune, June 12, 1940.
[92] “Aid to Britain Screech comes from Wall Street Profiteers facing loss,” Weekly Roll-Call, February 3, 1941, p. 5.
[93] An elder statesman of American diplomacy under several presidents, he was a founder of Brown Brothers Harriman international bank, one of whose partners was fellow Lodge 322 initiate Prescott Bush. On account of business affiliations with German corporations such as those of Fritz Thyssen, Harriman is assumed to have been a Wall Street backer of Hitler, along with Prescott Bush. His sponsorship of war agitation shows this is not the case.
[94] Associated with J.P Morgan interests, he was a Lodge 322 initiate in 1920.
[95] Guggenheim, the copper magnate, had been a member of the National Security League, headed by J. P. Morgan, which had agitated for war against Germany during World War I.
[96] A director in Harriman railway interests.
[97] “Senator Holt in Farewell Speech calls Pro-War agitators ‘Traitors’,” Weekly Roll-Call, January 11, 1941, p. 9.
[98] “The Chronology of the Devil who wants War,” Weekly Roll-Call, February 17, 1941, p. 2.
[99] “Prompt passage of aid bill urged,” The Pittsburgh Press, January 26, 1941, pp. 1, 12. “U.S. envoys who saw Nazis in action fear invasion, back Lend-Lease Bill,” Pittsburgh Press, p. 12.

перевод: http://reich-erwacht.livejournal.com/

источник: http://gallago-75.livejournal.com/

Реклама

Добавить комментарий:

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: